МВД России Санкт-Петербургский университет

ШАРАПОВ Роман Дмитриевич

УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ФИЗИЧЕСКОГО НАСИЛИЯ

Специальность 12.00.08 -

уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Санкт-Петербург 1999

Диссертация выполнена на кафедре уголовного права Санкт-Петербургского университета МВД России

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Санкт-Петербургского университета МВД России (198075, Санкт-Петер­бург, ул. Летчика Пилютова, д. 1).

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Сегодня мало кто может усом­ниться в том, что насилие среди людей вечно. Оно сопровождает чело­вечество на протяжении всего времени его существования, изменчивы лишь объем и качественные свойства насилия, определяемые социаль­ными процессами конкретно-исторического этапа развития общества.

Конец двадцатого столетия ознаменовался для России крайне небла­гоприятными тенденциями в сфере насильственной преступности. Хотя анализ данных официальной статистики показывает, что в последние го­ды преобладала тенденция снижения количества зарегистрированных индексных насильственных преступлений. Так, с 1994 года средний темп снижения объемов преступлений в год составил: убийств — 3,6 %, умышленного причинения тяжкого вреда здоровью — 9,7 %, изнасилова­ний — 10,3 %, разбоя — 3,9 %. Однако проведенные учеными (В.В. Лу-неев, С.Ф. Милюков, Э.Ф. Побегайло) исследования латентной части преступлений, анализ противоречий статистического учета доказывают, что снижение объемов регистрации не соответствует реальной действи­тельности — на рубеже веков волна криминального насилия и террора захлестнула российское общество на всех его уровнях. Особую тревогу вызывает такая форма насилия, как физическое, которое постоянно ха­рактеризуется весьма неутешительными прогнозами, ростом вооружен­ности, особой жестокости, эскалацией его тяжких видов.

В какой-то мере сдерживанию вала физического насилия должна способствовать проведенная в 1996 г. реформа уголовного законода­тельства. Между тем, комплекс уголовно-правовых норм, направленных на борьбу с физическим насилием, оказался несовершенен. В УК РФ нет легального определения понятия насилия, не расшифровано содержа­ние признаков насилия, опасного и не опасного для жизни или здоровья, нет ясности в терминологических различиях насильственных форм по­ведения ("насилие", "нападение" и др.), существуют пробелы в кримина-лизации насильственных преступлений. Не теряет своей актуальности вопрос определения совокупности и конкуренции норм при квалифика­ции насильственных преступлений, который по ряду составов приобрел характер проблемы, требующей законодательного разрешения. Руково­дящие разъяснения Пленума Верховного Суда РФ (СССР), основанные преимущественно на УК РСФСР 1960 г., не способны в полной мере удовлетворить запросы практики применения нового уголовного законо­дательства. Все это создает значительные трудности в толковании и реализации уголовно-правовых норм, обусловливает многочисленные судебно-следственные ошибки.

Различные аспекты преступного насилия все чаще привлекают вни­мание не только юристов, но и представителей психологии, философии, социологии и других наук. Существует наука о насилии — виолентология (или вайоленсология от лат. violence - насилие). Обоснованны суждения

о том, что в дальнейшем уже нельзя признать перспективными попытки решить данную проблему только в рамках уголовного права. В то же время уголовно-правовои подход к изучению проблемы общественно опасного.насилия имеет изначально важное, даже первостепенное зна­чение. Выработка общего понятия преступного насилия, его разновидно­стей, в частности, физического насилия, определение на "молекулярном" уровне признаков этих понятий, отграничение от ненасильственного по­ведения — задача именно науки уголовного права. Уголовно-правовои аспект исследования имеет принципиальное значение для криминологии в плане определения понятий насильственного преступления и насиль­ственной преступности, очертания круга насильственных преступлений, а также для уголовно-социологических исследований эффективности об­щепредупредительного воздействия на насильственную преступность.

В отечественном уголовном праве проблемам борьбы с физическим насилием уделяли внимание ученые-юристы XIX - начала XX вв. И.М. Гвоздев, Н.С. Таганцев, Д.Г. Тальберг, И.Я. Фойницкий, В. Ширков, ГВ. Юч и другие. В более позднее время уголовно-правовые аспекты физического насилия анализировались в работах Р.А. Базарова, А.И. Бойцова, В.Г. Бужора, Л.Д. Гаухмана, А.Э. Жалинского, С.В. Землю-кова, А.В. Иващенко, И.Я. Козаченко, Л.Л. Кругликова, Ю.Ф. Лубшева, В.И. Морозова, П.Н. Назарова, А.В. Наумова, Н.И. Панова, В.В. Питецко-го, Э.Ф. Побегайло, Р.Д. Сабирова, В.И. Симонова, В.И. Ткаченко, В.Г. Шумихина и др. Вопрос о понятии физического насилия примени­тельно к отдельным насильственным преступлениям (разбою, насильст­венному грабежу, изнасилованию, сопротивлению представителю власти и пр.) затрагивался В.А. Владимировым, Б.В. Волженкиным, В.В. Еракси-ным, А.В. Кладковым, ГА. Кригер, Т.В. Кондрашовой, Ю.И. Ляпуновым, П.С. Матышевеким, А.И. Санталовым, Л.Г. Хулаповой, А.Х. Юнусовым и многими другими авторами.

Следует констатировать, что проблема физического насилия в уго­ловном праве разрабатывалась в основном в виде анализа конкретных составов преступлений против личности, собственности, порядка управ­ления и др. Специальных же комплексных исследований физического насилия как самостоятельной уголовно-правовои категории в последние годы не проводилось. Между тем научно-практическое значение таких исследований велико, ибо они позволяют решить общие проблемы зако­нодательной регламентации и квалификации насильственных преступ­лений, установить единообразие в толковании типичных признаков, упо­рядочить практику применения однородных уголовно-правовых норм. В какой-то мере этому способствуют работы А.И. Бойцова, Л.Д, Гаухмана, Н.И. Панова. Особо следует отметить диссертационную работу В.И. Си­монова по одноименной теме, которая была защищена в 1972 году. Не­смотря на всю научную ценность трудов этих авторов, преобладал узкий исследовательский подход к физическому насилию, который сводился к рассмотрению его как одного из способов, средств совершения преступ-

пений. Неоднозначно определялись признаки физического насилия, ма­ло освещены вопросы объекта, субъекта, субъективной стороны, вне рассмотрения остался вопрос о понятии и видах общественно опасных последствий физического насилия. Сказанное свидетельствует, что обо­значенная тема недостаточно полно разработана в отечественной уго-лОБНоправоэой науке.

Все изложенное убеждает в необходимости дальнейшего исследова­ния проблемы физического насилия в уголовном праве в аспекте разра­ботки его родового состава и общего понятия, подобно хищению.

Цели и задачи исследования. Целями диссертационного исследо­вания являются выработка общего понятия физического насилия в уго­ловном праве, разработка правил квалификации физического насилия в сложных насильственных преступлениях, формулирование предложений по совершенствованию уголовного законодательства и практики его применения в части борьбы с криминальным насилием.

В соответствии с поставленными целями были определены следую­щие задачи:

1. Провести структурно-логический анализ Особенной части УК РФ с тем, чтобы очертить систему преступлений, совершаемых с физиче­ским насилием.

2. Проследить становление юридических знаний о преступном фи­зическом насилии в истории русского уголовного законодательства и науки уголовного права.

3. Определить методологические уголовно-правовые основы ис­следования физического насилия.

4. Описать родовой состав физического насилия и выявить призна­ки, характеризующие его сущность.

5. Изучить закономерности и практику квалификации преступлений с физическим насилием, проанализировать конкретные проблемы и ошибки в квалификации.

6. Установить несовершенства в криминализации, пенализации и дифференциации уголовной ответственности за преступное насилие.

Объект и предмет исследования. Объектом диссертационного ис­следования являются состояние, динамика и противоречия уголовно-правовой борьбы с преступным насилием.

Предметом диссертационного исследования являются преступное физическое насилие, уголовное законодательство, предусматривающее ответственность за него, практика квалификации насильственных пре­ступлений.

Методология, методика и эмпирическая база исследования. Ме­тодологической основой диссертационного исследования послужили ос­новополагающие законы и категории материалистической диалектики и теории познания, общенаучный диалектический метод изучения соци­альных явлений.

В диссертации реализован системно-структурный подход к изучению преступного физического насилия, в связи с чем особое значение имели методы анализа и синтеза, индукции. Работа выполнена в стиле юриди-ко-догматического исследования с использованием методов: историке-правового, статистического, сравнительно-правового, конкретно-социо­логического.

Теоретической основой исследования стали научные труды отечест­венных и зарубежных авторов в области философии, психологии, теории права, конституционного права, уголовного права, криминологии, крими­налистики. Широко использована литература по судебной медицине. Отдельные выводы и положения диссертации основаны на данных ме­дико-биологических наук; анатомии и морфологии человека, физиологии и патофизиологии, танатологии.

В работе над диссертацией автор опирался на Конституцию Россий­ской Федерации, международные правовые акты, Уголовный кодекс РФ, законодательные и иные нормативные акты в сфере конституционного, административного, гражданского, уголовно-процессуального и других отраслей права, постановления Пленумов Верховных Судов СССР и России. Использовалось ранее действовавшее отечественное уголовное законодательство, Модельный УК для стран СНГ, уголовное законода­тельство отдельных зарубежных стран.

Эмпирическую базу исследования составляют данные, полученные в результате анализа и обобщения рассмотренных судами Санкт-Петербурга и Ленинградской области 98 уголовных дел об убийствах, 143 уголовных дел о разбоях и насильственных грабежах, 46 уголовных дел о применении насилия в отношении представителя власти. Для изу­чения также брались отдельные уголовные дела по другим насильствен­ным преступлениям. По интересующим составам преступлений проана­лизирована официально опубликованная практика Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) за период 1961 - 1999 гг. Изучалась статистическая отчетность о состоянии и тенденциях насильственной преступности. Для восполнения пробелов официальной уголовной статистики задействова­ны и проинтерпретированы материалы исследований медицинского ста­тистического учета Ленинградского межобластного центра лечения от­равлений и Ленинградского Бюро судебно-медицинской экспертизы.

Комплексность применения методов исследования, сравнимость его результатов и эмпирическая база исследования позволяют прийти к за­ключению о достаточной достоверности выводов и обоснованности предложений автора.

Научная новизна исследования. В диссертации обосновывается необходимость изучения преступного физического насилия как само­стоятельной межнормативной уголовно-правовой категории в аспекте разработки его родового состава и общего понятия применительно к Особенной части УК РФ в целом, В связи с этим, а также с учетом нового уголовного законодательства существенно, по сравнению с предыдущи-

ми исследованиями, расширен круг анализируемых проблем уголовно-прааойой борьбы с физическим насилием, многие из которых стали предметом рассмотрения впервые. Ряд вопросов, уже имеющих опреде­ленный опыт исследования, получили новую интерпретацию в свете со­временных криминологических реалий и направлений уголовно-правовой политики.

Наиболее значимыми новыми результатами исследования темы яв­ляются:

— историко-правовой анализ представлений о преступном физиче­ском насилии в российском уголовном праве;

— осмысление новой системы уголовно-правовых норм борьбы с физическим насилием;

— разработка понятий физического вреда и общественно опасного физического последствия, классификация последнего;

— впервые разработанные на основе нового уголовного законода­тельства правила квалификации физического насилия в сложных на­сильственных преступлениях, решение проблемы квалификации насиль­ственных преступлений с двойной виной.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Преступное физическое насилие — это умышленное неправо­мерное причинение вредного физического последствия другому челове­ку против или помимо его воли, путем энергетического (механического, физического, химического, биологического) воздействия на органы, ткани или физиологические функции организма потерпевшего.

2. Физическое насилие имеет собственный родовой состав и рас­сматривается как самостоятельная межнормативная уголовно-правовая категория, что подтверждается исторически.

3. Понятия нападения и насилия с уголовно-правовой точки зрения не тождественны. Если насилие является преступным деянием, то напа­дение характеризует способ деяния. Физическое насилие в форме напа­дения представляет собой применение виновным своей мускульной си­лы либо физической силы используемых им средств (механизмов, жи­вотных, других лиц). Другими способами физического насилия являются тайное, обманное или с использованием доверия потерпевшего причи­нение ему физического вреда. Признак "нападение" в УК РФ (за исклю­чением статьи ст. 340) целесообразно заменить на "насилие", "угрозу", "уничтожение или повреждение чужого имущества" и т.п.

4. Видовой объект физического насилия определяется как физиче­ская безопасность (физическая неприкосновенность) человека — сово­купность конституционно-правовых отношений, обеспечивающих безо­пасное физическое существование человека, а конкретно незыблемость, состояние защищенности (неприкосновенности) таких физических благ, как жизнь, здоровье, физическая свобода. Непосредственным объектом физического насилия является отдельное конституционно-правовое от-

ношение, обеспечивающее незыблемость конкретного физического бла­га человека — безопасность жизни, безопасность здоровья, безопас­ность физической свободы.

5. Физическое насилие причиняет физический вред человеку (по­терпевшему) и физический вред объекту уголовно-правовой охраны. Фи­зический вред человеку (или физическое последствие) — это вредное изменение в биологической природе человека, оказывающее негативное влияние на его организм как целостную биосистему. Виды физических последствий: смерть, тяжкий, средней тяжести и легкий вред здоровью, физические страдания, физическая боль, беспомощное состояние, утра­та физической свободы. Предлагается криминализировать в ст. 116 УК РФ умышленное приведение человека в беспомощное состояние.

Физический вред объекту уголовно-правовой охраны — это совокуп­ность социально вредных (губительных) изменений в конституционном правоотношении физической безопасности человека, фактической осно­вой которых являются общественно опасное деяние и его физическое последствие.

6. В составах насильственных преступлений целесообразно диф­ференцировать уголовную ответственность за физическое и психическое насилие путем закрепления соответствующих признаков в разных частях статьи Особенной части, а также исключить признак "психические стра­дания" из ст. 117 УК РФ и создать отдельную норму об уголовной ответ ственности за психическую агрессию.

7. Лицо, не обладающее признаками специального субъекта на­сильственного преступления, однако принявшее участие в его соверше­нии наряду со специальным субъектом путем выполнения части призна­ков состава, должно признаваться не сложным соучастником, а соиспол­нителем преступления со специальным субъектом. За исключением, ко­гда признаки специального субъекта (напр., ограниченная вменяемость, аффект) определяют квалисрицированный или привилегированный со­став преступления, по которому действия другого соучастника, не обла­дающего соответствующими специальными признаками, по смыслу ч. 2 ст. 67 УК РФ квалифицироваться не могут. Предлагается внесение до­полнений в ст. 34 УК РФ.

8. Правила квалификации физического насилия по совокупности и конкуренции норм в сложных насильственных преступлениях.

Теоретическая значимость исследования. Настоящая работа, яв­ляясь обобщенным уголовно-правовым исследованием преступного фи­зического насилия, систематизирует уже имеющиеся знания о предмете, углубляет и расширяет их, обозначает проблемы и развивает направле­ния для дальнейших научных разработок в области борьбы с крими­нальным насилием.

В теории уголовного права выводы и положения диссертации могут быть использованы в исследованиях проблем борьбы с психическим на­силием, при изучении конкретных насильственных преступлений, в раз-

работке вопросов общего предупреждения насильственных преступле­ний, в научно-практических комментариях действующего законодатель­ства.

Условно-правовая трактовка насилия, и физического насилия в ча­стности, имеет значение для очертания предмета криминологических ис­следований насильственного преступления и насильственной преступ­ности.

Практическая значимость исследования. Положения и рекоменда­ции, содержащиеся в диссертации, представляют пользу для практиче­ской деятельности работников правоохранительных органов по квали­фикации насильственных преступлений.

Сделанные автором выводы и предложения по совершенствованию уголовного законодательства и правоприменительной практики могут быть учтены в законопроектной работе, а также при подготовке руково­дящих разъяснений Пленума верховного Суда Российской Федерации.

Материалы диссертации могут использоваться в учебном процессе по курсам "Уголовное право" и "Криминология", а также в системе повы­шения квалификации следователей и судей. По мнению автора, в спец­курс "Научные основы квалификации преступлений" целесообразно вве­дение отдельной темы "Квалификация насильственных преступлений", в которой бы рассматривались общие вопросы и правила уголовно-правовой оценки преступлений, совершаемых с физическим и психиче­ским насилием.

Апробация результатов исследования. Основные выводы и поло­жения диссертационного исследования излагались диссертантом на ме­ждународных и всероссийских научно-практических конференциях: "Научные исследования высшей школы" (Тюменская высшая школа МВД РФ, март 1995 г.); "Человек: преступление и наказание" (Рязанский ин­ститут права и экономики МВД РФ, декабрь 1995 г.); "Актуальные про­блемы борьбы с преступностью в современных условиях" (Санкт-Петербургская академия МВД РФ, май 1997 г.); "Уголовный закон: Исто­рия и современность¹¹ (Санкт-Петербургская академия МВД РФ, декабрь 1997 г.); "Судебная ресрорма и эффективность деятельности органов су­да, прокуратуры и следствия" (Санкт-Петербургский юридический инсти­тут Генеральной прокуратуры РФ, апрель 1998 г.); "Всеобщая деклара­ция прав человека и правозащитная функция прокуратуры" (Санкт-Петербургский юридический институт Генеральной прокуратуры РФ, де­кабрь 1998 г.). Отдельные материалы диссертации опубликованы в виде научных статей.

Результаты исследования были апробированы в процессе проведе­ния семинарских занятий по уголовному праву в Санкт-Петербургском университете МВД России, внедрены в учебный процесс Тюменского юридического института МВД России.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованной литературы и приложений.

10 II. СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ '   Г '

Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, оп­ределяются цели, задачи, объект, предмет, методология и методика ис­следования, его научная новизна, теоретическая и практическая значи­мость, формулируются основные положения, выносимые на защиту, приводятся сведения об апробации результатов исследования.

Первая глава — "Физическое насилие как категория уголовного права" — состоит из двух параграфов.

В первом параграфе — "Физическое насилие в истории российского уголовного права" — рассматриваются системы преступлений с физи­ческим насилием в памятниках русского права, начиная с Русской Прав­ды XI в. и заканчивая УК РСФСР 1960 г., анализируется развитие пред­ставлений о преступном физическом насилии в русском уголовном пра­ве.

Впервые собирательное понятие преступного насилия упоминается в Уставе Князя Ярослава о церковных судах (XI в.) (там "насилить" закреп­лено в качестве одного из способов похищения невесты для вступления в брак), и сохраняется до принятия Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. С этого времени законодательный термин "насилие" (а под ним значилось только физическое насилие) стал пони­маться узко, как побои или иные насильственные действия, причиняю­щие физическую боль. Хотя д теории к насилию относили убийство, умышленное нанесение увечий, ран и других телесных повреждений, му­чение, истязание, причинение физической боли, т.е. всякое существен­ное умышленное посягательство на телесную неприкосновенность лич­ности. От указанного узкого понятия насилия российское уголовное зако­нодательство окончательно освободилось с принятием УК РСФСР 1926 г,, где понятие насилия приобрело характер общей формулы, обо­значающей всю группу насильственных посягательств против жизни, здоровья и свободы личности.

Делается вывод, что уже на ранних этапах развития законодательст­ва проявилась тенденция к выделению насилия как своего рода меж­нормативного понятия, обозначающего наиболее опасные виды посяга­тельств на личность.

Во втором параграфе — "Уголовно-правовые основы исследования физического насилия" — автор определяет положения, имеющие мето­дологическое значение для изучения темы. Производится грамматиче­ское толкование уголовно-правового термина "насилие", констатируется, что истинное, глубинное значение слова "насилие" как единицы русской лексики состоит в том, что им обозначали и обозначают некое действо одного, совершенное в отношении другого вопреки его воле (желанию). Такое понимание насилия выступает парадигмой для его изучения с по­зиций любой науки, в том числе уголовного права. "Применение физиче-

11

ской силы" является одним из значений слова насилие в толковых сло­варях, однако не составляет его главного смысла.

Раскрывается система преступлений, совершаемых с физическим насилием, по действующему УК РФ, их составы предусмотрены в 71 ста­тье (27,5 %) Особенной части. Термин "насилие" фигурирует в 44 статьях (17,1 %), в других случаях законодатель использовал иные способы опи­сания составов преступлений с физическим насилием:

1) Терминология и конструкция диспозиции статьи такова, что сви­детельствует об исключительно насильственном характере преступле­ния ("убийство", "похищение человека", "захват или удержание лица" и т.п.).

2) В диспозиции статьи содержатся широкие по объему термины^ предполагающие насильственный характер деяния наряду с другими не­насильственными способами посягательства ("жестокое обращение"^ "воспрепятствование деятельности" и т.п.), либо законодательная конст-. рукция статьи свидетельствует, что насилие выступает альтернативным средством преступления (ст.ст. 126 ч.1,127 ч.1, 211 ч.1).

3) В диспозиции статьи имеется указание на умышленное причине^ ние физических последствий. ..

Физическое насилие подразделяется по своей роли (месту) в объек­тивной стороне состава преступления. "Физическое насилие - основное деяние" исчерпывает собой обязательные признаки объективной сторо­ны; при этом оно может быть не единственным, а альтернативным спо­собом совершения данного преступления и предусматриваться наряду с другими способами (напр., ст.ст. 110, 318 ч.1 УК РФ). "Физическое наси­лие - средство преступления" предусматривается в качестве признака в составных преступлениях, облегчает совершение основного деяния пу­тем упреждения либо преодоления противодействия потерпевшего. В этой роли сризическое насилие может быть конструктивным (конститу­тивным) признаком основного состава преступления, квалифицирующим (отягчающим) признаком либо обстоятельством, отягчающим наказание по п. "к" ч. 1 ст. 63 УК РФ.

Диссертантом обосновывается необходимость изучения общих, ти­пичных признаков криминального насилия, в том числе насилия физиче­ского, выработка на этой основе общего понятия физического насилия и закрепление его легальной формулы в уголовном законе. В виду этого замысел исследования состоял в том, чтобы абстрагироваться от инди­видуальных признаков конкретных составов насильственных преступле­ний, обнаружить типичные признаки физического насилия, от которых за­висит его общественная опасность, мысленно их выделить и структури­ровать по элементам состава преступления. Результатом данной логи­ческой операции стало создание родового состава физического насилия в уголовном праве. Родовой состав физического насилия определяется как содержащееся в уголовном законе описание общих признаков обще­ственно опасного физического насилия.

.      ,.,,.-.      12

В конце автор объясняет, что разработку общего понятия (родового состава) физического насилия методологически правильно начинать с исследования объективной стороны, а не объекта.

Вторая глава — "Понятие физического насилия" — включает четыре параграфа и посвящена описанию родового состава физического насилия, решению ряда проблем, связанных с его квалификацией.

В первом параграфе — "Объективная сторона физического наси­лия" — последовательно раскрываются деяние и способы физического насилия, его общественно опасные последствия, вопросы причинной связи, средства физического насилия.

Характеризуя насильственное деяние, автор заостряет внимание на конкретизации предмета воздействия в физическом насилии; им высту­пают органы и ткани, физиологические функции организма другого чело­века. С внешней стороны физическое насилие представляет собой энер­гетическое воздействие на указанный предмет при помощи материаль­ных факторов внешней среды (механических, физических, химических, биологических). Не является предметом физического насилия психика другого человека, она предмет психического насилия, при котором осу­ществляется информационное воздействие с помощью психических факторов внешней среды.

Причинение смерти, вреда здоровью непосредственно в результате использования психических факторов составляют наиболее опасную форму психического насилия. Однако причинение физических последст­вий, хотя и при помощи информационных средств, но в результате энер­гетического воздействия, является насилием физическим (склонение малолетнего или психически больного к аутоагрессии, причинение вреда путем обмана или злоупотребления доверием потерпевшего).

Затрагивается дискуссия по поводу признания физическим насилием введения в организм потерпевшего сильнодействующих, ядовитых и дру­гих веществ тайно, путем обмана или злоупотребления доверием. Ана­лиз судебно-следственной и медицинской практики показывает, что тако­го рода насильственные посягательства достаточно распространены и в значительной степени латентны. Приводится развернутая аргументация в пользу того, что причинение физического вреда потерпевшему указан­ными способами является физическим насилием, однако ни действую­щий УК РФ, ни руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда России не отражают надлежащим образом такое решение вопроса. Практика квалификации хищений, совершенных с рассматриваемой формой физического насилия, по статьям о грабеже и разбое формаль­но противоречит открытому способу грабежа и нападению как способу "разбоя. С учетом этого диссертант формулирует ряд предложений по совершенствованию уголовно-правовых норм о разбое, пиратстве, бан­дитизме, нападении на лиц или учреждения, которые пользуются между­народной защитой, а также предлагается дополнить постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.04.92 "О судебной практике по де-

13

лам об изнасиловании" разъяснением о разграничении изнасилования, совершенного с применением насилия и с использованием беспомощно­го состояния потерпевшей.

Физическое насилие может совершаться как в форме действия, так и путем бездействия. Причем последнее возможно не только когда наси­лие является основным деянием в объективной стороне состава (напр., начальник следственного изолятора не принимает мер к освобождению арестованного ввиду истечения сроков ареста), но и тогда, когда оно вы­полняет роль средства совершения преступления (напр., удержание по­терпевшего в каком-либо месте с лишением его пищи и воды (мучение)¹, с целью принудить таким образом выдать имущество или указать место его нахождения).

Юридически значимым признаком физического насилия, раскрываю­щим качественную сторону общественной опасности преступлений этого рода, является его способность причинять физический вред. Общест­венная опасность физического насилия прежде всего состоит в посяга­тельстве на человека. Способ же такого посягательства (тайный, обман, злоупотребление доверием, нападение) влияет на степень обществен­ной опасности, а не на ее характер. Поэтому обязательным признаком состава физического насилия является преступный результат в виде вредного для человека физического последствия. Наступление физиче­ского последствия является фактическим моментом окончания физиче­ского насилия. Юридический момент окончания физического насилия по общему правилу совпадает с фактическим моментом его окончания. Тем не менее, законодатель может отступить от этого правила и, руково­дствуясь мотивами усиления уголовно-правовой борьбы с отдельными видами насильственных преступлений, перенести юридический момент окончания физического насилия на стадию покушения, т.е. сформулиро­вать усеченный состав (напр., ст.ст. 205, 317 УК РФ). В Особенной части УК целесообразно дифференцировать уголовную ответственность за физическое и психическое насилие путем закрепления признаков наси­лия и угрозы насилием (также угрозы уничтожения или повреждения чу­жого имущества, шантажа, иной угрозы) в разных частях статьи, одна из которых бы предусматривала более строгую санкцию за применение фи­зического насилия, как это сделано в ст.ст. 296,309. я?1

В уголовном право следует выделять три основных вида физических последствий насилия: 1) смерть; 2) зред здоровью; 3) утрата физической свободы. Вред здоровью в свою очередь имеет две разновидности: а) вред здоровью, вызвавший юридически значимую общую нетрудоспо­собность (минимум незначительную стойкую утрату общей-трудоспособ-

Правовая обязанность преступника поддерживать физиологическое существо­вание человека, насильственно лишенного им свободы, вытекает из ст, 125 УК РФ в силу того, что преступник сам поставил потерпевшего в опасное для жизни и здоровья состояние.

14

ности или кратковременное расстройство здоровья); б) вред здоровью, не вызвавший юридически значимую общую нетрудоспособность. Для краткости виды вреда здоровью можно обозначить соответственно как значительный вред здоровью (может быть тяжким, средней тяжести, лег­ким) и незначительный вред здоровью. Последний выражается в виде: 1) физической боли; 2) физических страданий; 3} беспомощного состоя­ния. Дается характеристика каждого вида последствий.

На материалах судебной практики диссертант раскрывает вопросы установления причинной связи в физическом насилии, формулируются условия необходимой причинной связи, Отмечается, что различные ви­ды физических последствий могут быть по-разному связаны с насильст­венным деянием. Иногда наступление результата находится далеко от самого деяния, а связь с ним опосредуется более или менее длинной цепочкой промежуточных результатов, имеющих подчиненное уголовно-правовое значение (чаще бывает при убийстве, умышленном причине­нии вреда здоровью). Порой результат физического насилия непосред­ственно связан с деянием и наступает автоматически с совершением насильственного действия или бездействия. В таких случаях преступный результат является ближайшим к деянию либо сливается с ним, так что его наступление становится неизбежным при совершении самого дейст­вия (бездействия). Нередко взаимосвязь деяния с результатом настоль­ко жестка, что приобретает черты функциональной связи (напр., при не­законном лишении человека свободы).

Характеризуя средства физического насилия, автор подразделяет их на вспомогательные средства и орудия. Вспомогательные средства при физическом насилии — это человеческие действия, естественные явле­ния или материальные предметы, которые используются для способст-вования насильственному посягательству и, как правило, не оказывают вредоносного энергетического воздействия на органы, ткани и физиоло­гические функции другого человека. Исключение составляют случаи, ко­гда само физическое насилие выступает средством совершения другого преступления, которое тоже является физическим насилием (п. "в" ч. 2 ст.ст. 126 и 127 УК РФ). Примеры вспомогательных средств: автомобиль, обеспечивающий сохранение прицельного расстояния и скрытность стрельбы при убийстве, ферма сотрудника милиции, используемая при обманном способе похищения человека, доверие, оказанное виновному, который, будучи, врачом умышленно дает потерпевшему яд вместо ле­карства и т.п. Вспомогательные средства физического насилия редко имеют значение для квалификации (напр., п. "в" ч. 2 ст. 126 и 127 УК РФ, ч.2 ст. 128 УК РФ). Чаще они могут быть обстоятельствами, отягчающи­ми наказание по ст. 63 УК РФ, либо вообще не иметь уголовно-правового значения.

Орудие физического насилия — естественное явление или предмет материального мира, которые используются виновным для непосредст-

15

венного оказания ими энергетического воздействия на органы, ткани или физиологические функции организма другого человека. По данным на­стоящего исследования, 16,2 % убийств было совершено с применением огнестрельного оружия, 3,2 % — с применением холодного оружия, 61,3 % — с применением предметов, используемых в качестве оружия, 3,2 % — путем введения в организм потерпевшего ядовитых и сильно­действующих веществ, 4,8 % — другим способом (утопление, сожжение и др.), 11,3 % убийств были совершены невооруженным преступником.

В диссертации анализируются ошибки и рассматриваются вопросы квалисрикации орудий физического насилия. В частности, обращается внимание на то, что физическое насилие, в процессе которого применя­лось оружие (специальные средства) или предметы, используемые в ка­честве оружия, не поглощается данным признаком и всегда нуждается в самостоятельной уголовно-правовой оценке (напр., применение с помо­щью оружия или заменяющих его предметов насилия, опасного для жиз­ни или здоровья, в процессе похищения человека надлежит квалифици­ровать по совокупности пунктов "в" и "г" ч. 2 ст. 126 УК РФ).

Трудность в квалификации представляют случаи, когда при соверше­нии сложного преступления имело место покушение на физическое на­силие с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, но несмотря на это преступление (основной состав) все же было доведено до конца. Например, оказывая сопротивление начальнику, преступник пытался с помощью оружия причинить ему средней тяжести вред здоровью, однако не смог этого-сделать, тем не менее сопротивле­ние удалось менее опасным насилие'м (путем побоев). Подобную ситуа­цию следует оценивать как сопротивление начальнику, сопряженное с насилием, и совершенное с применением оружия при покушении на при­чинение средней тяжести вреда здоровью — п. "б", ч. 3 ст. 30- п. "в" ч. 2 ст. 333 УК РФ. Порядок записи в формуле квалификации имеет принци-. пиальное значение, т.к. связан с особыми правилами назначения нака­зания за неоконченное преступление. В приведенном примере состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 333 УК РФ, окончен по признаку применения оружия, и поэтому ч. 3 ст. 66 УК РФ не применяется.

Во втором параграфе — "Объект физического насилия" — подчер­кивается, что общественные отношения, составляющие объект физиче­ского насилия, связаны с защитой именно биологических свойств, физи­ческих благ человека как природного существа, которыми являются жизнь, здоровье и физическая свобода. Соответственно, видовой объект физического насилия определяется как физическая оезопаом'ССТ^ чело­века, а непосредственные объекты — безопасность жизни, безопасность здоровья, безопасность физической свободы. Нельзя причислять к объ­ектам физического насилия половую свободу и половую неприкосновен­ность, честь и достоинство личности, т.к. это социальные свойства, ду­ховные блага человека, выступающие предметом его духовной (психи-

16

ческой) безопасности. Ввиду этого предлагается расформировать главу 17 УК РФ "Преступления против свободы, чести и достоинства личности", т.к. она - искусственный структурный элемент Особенной части, ибо не основана на самостоятельном видовом объекте и объединяет преступ­ления, посягающие на отношения по поводу качественно разных личных благ человека.

Автор раскрывает структуру видового объекта физического насилия, описывает механизм причинения ему вреда, заключает, что физическое насилие производит три вредоносных изменения в правоотношении фи­зической безопасности: 1) причинение физического последствия челове­ку — правореализующему субъекту данного отношения; 2) полная или частичная утрата физического блага, принадлежащего этому человеку; 3) разрыв социально-правовой связи между потерпевшим и преступни­ком в виде нарушения права первого и обязанности второго как субъек­тов правоотношения. Совокупность этих вредных изменений составляет социально-правовое содержание и выражает сущность физического вреда указанному объекту уголовно-лразовой охраны. Отсутствие хотя бы одного из них означает отсутствие физического вреда в целом, а по­ведение субъекта является либо правомерным поступком (напр., необ­ходимой обороной), либо неоконченным физическим насилием.

В этой связи показывается отличие, между понятием физического вреда объекту и понятием физического последствия. Вредное физиче­ское последствие является одним из составляющих физического вреда, выступает фактической основой вредных изменений в объекте, так ска­зать, "лицом" физического вреда, внешне.,осязаемой и измеряемой фор­мой его проявления. Аналогичную функцию выполняет и насильственное деяние, выражая разрыв социальной связи.

Диссертант дает характеристику каждому из непосредственных объ­ектов физического насилия, затрагивает некоторые проблемные вопро­сы, связанные с их квалификацией. В частности, отмечается, что непо­средственным объектом физического насилия, предусмотренного ст. 116 (побои), ст. 117 (истязание) при отсутствии последствий ст. 115 УК РФ, является безопасность такого объема здоровья, потеря которого суще­ственно не отражается на общей трудоспособности человека (утрата трудоспособности не наступает вовсе либо человек утрачивает общую трудоспособность менее чем на один день).

Затрагивая законодательную классификацию физического насилия по характеру и степени общественной опасности, соискатель анализиру­ет наиболее сложные вопросы и ошибки, связанные с квалификацией насилия, опасного и не опасного для жизни или здоровья. С учетом вы­работанных в диссертации представлений о вредных физических по­следствиях указывается на необходимость реконструкции не только на­званий данных видов физического насилия, но и их содержания. В УК РФ предлагается внести следующие определения: "Значительное насилие — насилие, причинившее смерть, тяжкий, средней тяжести или легкий

17

зред здоровью потерпевшего, а равно насилие, не причинившее указан­ных последствий, но в момент применения создававшее реальную опас­ность их причинения"; "Незначительное насилие — насилие, причинив­шее физическую боль, физические страдания, повлекшее беспомощное состояние потерпевшего или утрату им физической свободы".

Сущностным признаком физического насилия является то, что оно^: совершается вопреки желанию потерпевшего (против или помимо его воли). В тех случаях, когда физическое последствие причиняется друго­му человеку по его действительному и добровольному желанию, соде­янное насилием не является, что продиктовано учетом частного интере­са в уголовном праве. Между тем здесь речь идет лишь об отсутствии насильственности деяния, но отнюдь не об исключении его обществен­ной опасности и противоправности. В этом состоит баланс между част­ным и публичным интересом: благодаря учету частного интереса деяние не признается насилием, однако остается преступным сообразно с пуб­личным принцилом уголовно-правового регулирования. Ситуации, когда действительное и добровольное согласие человека на причинение ему вредных физических последствий исключает не только насильствен-ность, но и преступность деяния специально предусмотрены законода­тельными актами.

Третий параграф — "Субъект физического насилия" — посвящен обобщенному рассмотрению юридически значимых признаков, характе­ризующих лиц (субъектов), совершающих преступления с физическим насилием.

Общий юридически значимый возраст субъекта физического насилия равен шестнадцати годам. Однако для некоторых преступлений с физи­ческим насилием возраст субъекта понижен до четырнадцати лет (ч. 2 ст. 20 УК РФ), либо, наоборот, повышен в случаях, специально преду­смотренных Особенной частью УК. Обращается внимание на просчет за­конодателя, состоящий в том, что в уголовном законе умалчивается о правовых последствиях совершения привилегированного убийства, при­вилегированного умышленного причинения тяжкого и средней тяжести вреда здоровью лицами в возрасте от 14 до 16 лет. В этих случаях их действия фактически образуют другое насильственное преступление (ст.ст. 105, 111 или 112 УК РФ), за которое установлена ответственность с 14 лет, и поэтому формально они являются субъектами этих преступ­лений. Однако очевидно, что такой вывод не соответствует действитель­ной воле законодателя, которая должна найти отражение в ч. 2 ст. 20 УК РФ. Предлагается усовершенствовать данную норму, подобно тому, как это сделано в ст. 22 Модельного УК для СНГ.

Для квалификации физического насилия по возрасту субъекта важно установить, что юридический факт достижения лицом соответствующего возраста уголовной ответственности предшествовал юридическому фак­ту времени совершения насильственного деяния (действия или бездей­ствия), или во всяком случае совпадал с ним. Если лицо достигло воз-

18

раста уголовной ответственности за физическое насилие после оконча­ния совершения насильственного деяния, но до момента наступления физического последствия, либо после его наступления, то ответствен­ность за причинение данного последствия исключается.

В ситуациях, когда физическое насилие носит характер длящегося или продолжаемого преступления (насильственное деяние растянуто во времени), возможно, что на начало совершения насильственного деяния лицо не достигло возраста уголовной ответственности за него, но в про­цессе его совершения, до окончания деяния, соответствующий возраст наступает. В этом случае несовершеннолетний является субъектом на­сильственного преступления и его ответственность за причинение физи­ческого последствия не исключается. Однако те насильственные дейст­вия, которые совершены лицом до момента достижения возраста уго­ловной ответственности, не могут включаться в объем обвинения, за них лицо не ответственно.

При наличии всех объективных признаков насилуя осознанное при­чинение физического последствия другому человеку лицом, не достиг­шим возраста уголовной ответственности, следует считать физическим насилием, не являющимся преступлением. Это объективно-противоправ­ное физическое насилие. Сказанное относится и к физическому наси­лию, совершенному невменяемым.

Признаки специальных субъектов насильственных преступлений под­разделяются на физические (биологические) — пол, возраст, психиче­ские и болезненные состояния лица — и социально-правовые (ролевые) — должностное лицо, рецидив и т.п. По мнению, диссертанта лицо, не обладающее признаками специального субъекта насильственного пре­ступления, не может быть индивидуальным исполнителем этого престу­пления, однако может быть его соисполнителем, если действует совме­стно со специальным субъектом.

В четвертом параграфе — "Субъективная сторона физического насилия" — последовательно раскрываются вина, мотивы и цели физи­ческого насилия, анализируются вопросы и проблемы квалификации на­силия по субъективной стороне.

Автор констатирует, что умышленная вина (не только прямой, но и косвенный умысел) является имманентным признаком физического на­силия. Физическое насилие не может совершаться по неосторожности, а деяния, причинившие физический вред в силу преступного легкомыслия или небрежности (что снижает степень их общественной опасности по сравнению с насилием), не должны причисляться к насильственным преступлениям. В этой связи затрагивается вопрос о том, поглощаются ли вредные физические последствия, причиненные по неосторожности, признаком насилия, который указан в основном или квалифицированном составе преступления. На это следует ответить отрицательно, в силу че­го диссертант полемизирует с теми учеными-юристами, которые считают обратное.

19

Подвергается критике практика квалификации по ст.ст. 109, 118 УК РФ случаев наступления по неосторожности смерти, тяжкого или сред­ней тяжести вреда здоровью в результате умышленного причинения фи­зической боли, легкого или средней тяжести вреда здоровью. Автор при­водит развернутую аргументацию в пользу того, что здесь необходима совокупность преступлений: нетяжкое физическое насилие, уже само по себе образующее самостоятельный состав преступления по ст.ст. 112, 115, 116, 117 УК РФ, не должно поглощаться неосторожными преступле­ниями против безопасности жизни и здоровья. С учетом приоритетности правового противостояния насилию, необходимости упорядочения диф­ференциации уголовной ответственности за него целесообразно воссоз­дание в УК РФ специальных уголовно-правовых норм, предусматриваю­щих ответственность за причинение по неосторожности смерти, тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в результате применения нетяжко­го физического насилия, которые существовали в Уложении о наказани­ях уголовных и исправительных 1845 г. и Уголовном Уложении 1903 г. Делается попытка моделирования соответствующей статьи.

Насильственные преступления, в которых физическое насилие явля­ется основным (главным) деянием, могут совершаться в целом как с прямым, так и с косвенным умыслом. Исключение составляет физиче­ское насилие в виде лишения человека свободы (ст.ст. 126, 127, 128, 205, 301 УК РФ), совершаемое всегда с прямым умыслом. В составных и смежных с ними преступлениях, где физическое насилие выполняет роль средства их совершения, оно совершается всегда с прямым умыс­лом, за исключением хулиганства. При этом если в результате примене­ния такого насилия наступают более опасные побочные физические по­следствия, к которым лицо относилось с косвенным умыслом, то послед­ние полностью охватываются признаком насилия, если нет оснований для дополнительной квалификации.

В диссертации дается характеристика определенного и неопреде­ленного умысла в физическом насилии, заостряется внимание на вопро­сах уголовно-правовой оценки содеянного а зависимости от того или иного подвида умысла. В частности, правовая природа прямого неопре­деленного умысла определяется как своего рода косвенный умысел в прямом — лицу безразлично, какое из желаемых им последствий насту­пит. Именно этим обосновывается правило квалификации при прямом неопределенном умысле по реально наступившему результату. Однако если лицо предвидит неизбежность наступления вредного физического последствия, то всегда имеет место прямой определенный умысел. По данным конкретно-социологического наблюдения, определенный умысел (относительно физических последствий) преобладал в убийствах (95,1 %), грабежах с применением физического насилия (83,7 %), приме­нении насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении пред­ставителя власти (85,7 %). Напротив, для физического насилия при раз­боях характерен умысел неопределенный (80 %).

20

Говоря о мотивах и целях физического насилия, автор отмечает, что для насилия (в его общем понятии) нельзя найти и нормативно закре­пить имманентные мотив и цель, как, например, для хищения. Разнооб­разие законодательных форм физического насилия, его универсальность в качестве средства достижения любых целей свидетельствует о кра­сочном спектре в мотивации данного типа преступного посягательства. Так, по результатам изучения уголовных дел об убийствах: 27,4 % было совершено из личной неприязни к потерпевшему, 24,2 % — из корыстных побуждений, 11,3 % — из мести за противоправное или аморальное по­ведение, 9,7 % — из хулиганских побуждений, 3,2 % — из ревности, '24,2 % — по другим мотивам.

Анализ целей физического насилия построен в зависимости от видов умысла. Физическое насилие, совершаемое с прямым умыслом, всегда целенаправленно. Начальной (ближайшей) целью такого физического насилия является его преступный результат в виде общественно опасно­го физического последствия. Конечная же цель может быть какой угодно. В зависимости от соотношения конечной цели и физического последст­вия насилия последнее может быть классифицировано на "физическое насилие - самоцель" (причинение физического последствия является конечной целью насильственных действий лица) и "физическое насилие - средство достижения иной цели" (физическое последствие не совпа­дает с конечной целью, которая либо прямо указана в составе преступ­ления или вытекает из него, либо безразлична для квалификации). По данным исследования: 43,5 % убийств было совершено с целью распра­вы над потерпевшим, 24,2 % — с целью завладения чужим имуществом или получения иной материальной выгоды, 11,3 % — с цепью скрыть другое преступление, 6,5 % — с целью воспрепятствовать служебной деятельности потерпевшего или выполнению им общественного долга, в 14,5 % убийств ставились другие цели.

Диссертант отмечает важность того, что для квалификации физиче­ского насилия в качестве средства преступления в составных и смежных с ними посягательствах (ст.ст. 131, 132, 203, 240 УК РФ) обязательно ус­тановление его цели — облегчить совершение основного деяния, кото­рая заключается в стремлении преступника упредить возможное проти­водействие потерпевшего в процессе посягательства либо подавить (преодолеть) уже начавшееся противодействие. Данная целевая харак­теристика физического насилия выступает основой для выделения его функции — принуждения. Для физического насилия как средства престу­пления функция принуждения является сущностной. Анализируются ошибки в квалификации физического насилия по указанной цели.

Физическое насилие, совершаемое с косвенным умыслом, не являет­ся целенаправленным, т.е. причиняемое физическое последствие не вы­ступает для субъекта ни в качестве конечной цели, ни в качестве средст­ва достижения конечной цели. В этом случае цели поведения субъекта достигаются либо менее опасным физическим насилием, а более опас-

21

ные физические последствия сознательно допускаются или лицо к ним относится безразлично, либо ненасильственными действиями, создаю­щими однако возможность причинения физического вреда человеку. Между тем субъективная связь между физическим насилием с косвен­ным умыслом и целями субъекта, достигаемыми с помощью других средств, имеется и состоит в том, что ради достижения определенных целей лицо не прочь поставить по удар физическую безопасность чело­века. С учетом этого, а также на примерах из законодательства и судеб­ной практики автор опровергает распространенный в уголовно-правовой литературе взгляд, что указание в законе на цель преступления исчер­пывает вину прямым умыслом, ибо он чреват ослаблением уголовно-правовой борьбы с наиболее опасными насильственными преступле­ниями (ст.ст. 277, 295, 317 УК РФ).

Третья глава — "Правила квалификации физического насилия по совокупности и конкуренции норм в сложных насильственных преступлениях" — посвящена выработке отправных положений при определении того, какой объем физических последствий включается без дополнительной квалификации в признак насилия в конкретном составе преступления, а также когда требуется дополнительная квалификация по статьям о преступлениях против жизни, здоровья и физической сво­боды человека. Параллельно вскрываются связанные с этим несовер­шенства уголовного законодательства и проблемы квалификации от­дельных насильственных преступлений (разбоя, вымогательства, квали­фицированного хулиганства и ряда других).

Для решения обозначенной уголовно-правовой задачи предлагается обновленный подход, который сводится к следующим правилам:

1. Поскольку насилие — посягательство только умышленное, то в признак "насилие", независимо от величины санкции за него, не должны включаться неосторожные физические последствия, наступившие в ре­зультате его применения либо угрозы применения насилия (напр., при демонстрации оружия). В таких случаях необходимо либо вменение ука­занных последствий по признаку двойной вины, если таковой имеется в квалифицированном составе данного насильственного преступления, либо квалификация должна быть по совокупности с неосторожными пре­ступлениями против личности.

2. Признак "насилие" никогда не охватывает собой умышленное причинение смерти. Здесь всегда обязательна квалификация по сово­купности со статьями УК об убийстве.

3. Признак "насилие" всегда охватывает без дополнительной ква­лификации умышленное причинение легкого вреда здоровью (ст. 115) — при условии, что нет указания на то, что насилие не опасно для жизни или здоровья, физической боли (ст. 116), лишение свободы путем удер­жания потерпевшего (ч. 1 ст. 127), а также приведение человека в бес­помощное состояние (п. "к" ч. 1 ст. 63 УК РФ).

22

Г.* V

Второе и третье правила квалификации основаны на сопоставлении строгости санкций в статьях сложных насильственных преступлений и статьях об убийстве, умышленном причинении легкого вреда здоровью, побоях, незаконном лишении свободы. Во всех других случаях, т.е. когда причинен тяжкий или средней тяжести вред здоровью, физические стра­дания, лишение человека свободы в форме похищения или квалифици­рованного удержания (ч.ч. 2 и 3 ст. 127 УК РФ), на определение объема физического вреда, охватываемого признаком насилия, влияют два ус­ловия:

1. Сравнительная строгость санкции за преступление, совершаемое с применением физического насилия, и санкции в ст. 111, 112, 117, 126, 127 УК РФ, в том числе за квалифицированные составы данных престу­плений.

2. Наличие квалифицированного или особо квалифицированного состава, предполагающего двойную вину по отношению к тяжким физи­ческим последствиям (смерти и тяжкому вреду здоровью). При сущест­вовании данного условия признак насилия в основном или квалифици­рованном составе, несмотря на высокий максимальный предел санкции, может охватывать максимум вред здоровью средней тяжести. Квалифи­кация же физического насилия в виде тяжкого вреда здоровью здесь не­однозначна:

1. Если в диспозиции соответствующей части статьи нет прямого ука­зания на неосторожность в отношении тяжких последствий, то физиче­ское насилие в виде тяжкого вреда здоровью полностью охватывается данной статьей без дополнительной квалификации по ст. 111 УК РФ, в том числе ее квалифицированным составам, когда это позволяет санк­ция в сложном насильственном преступлении.

2. Если в диспозиции имеется прямое указание на неосторожность при наступлении тяжких последствий (таких составов многообъектных насильственных преступлений девять — ст.ст. 126 ч. 3, 127 ч. 3, 131 ч.З п. «а, б», 132 ч. 3 п. «а, б», 205 ч. 3, 206 ч. 3, 211 ч. 3, 227 ч, 3, 230 ч. 3), то содеянное всегда образует совокупность преступлений со ст. 111 УК РФ (это продиктовано необходимостью обеспечения принципа справедли­вости наказания уже на стадии квалификации преступления). При этом возникает проблема — какой вид состава многообъектного насильствен­ного преступления входит в совокупность: состав, предусматривающий признак насилия, или особо квалифицированный состав по признаку двойной вины? Например, что следует вменять насильнику помимо ст. 111 УК РФ, если он умышленно причинил тяжкий вред здоровью сво­ей жертве: ч. 1 ст. 131 или п. "б" ч. 3 ст. 131 УК РФ? Наблюдения судеб-но-следственной практики показывают, что правоприменители избирают второй, более жесткий вариант уголовно-правовой оценки.

В результате дифференцированного анализа обеих вариантов ква­лификации делается вывод, что решение описанной проблемы целесо­образно с помощью законодательных средств (моделируются изменения

23 ..          ;'

и дополнения в ст.ст. 69, 131, 132, 227 УК РФ). А пока практика должна идти по первому варианту квалификации, т.е. вменять совокупность ос­новного или квалифицированного состава преступления по признаку на­силия и ст. 105 или 111 УК РФ. Законодательная основа для этого - ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, ст. 6 и ст. 60 УК РФ. В этой связи для судов фор­мулируется следующая рекомендация: нужно более взвешенно подхо­дить к решению вопроса об определении меры окончательного наказа­ния в случаях совокупности сложных насильственных преступлений с убийством или умышленным причинением тяжкого вреда здоровью. Принимать во внимание размеры санкций в составах, где по отношению к тяжким последствиям насилия предусмотрена неосторожная вина, с тем чтобы не допустить необоснованного смягчения наказания лицам, причинившим такие последствия умышленно. При этом следует иметь в виду, что если нет оснований для применения ст. 64 УК РФ, окончатель­ное наказание не может быть более мягким, чем наказание, предусмот­ренное за преступление с двойной виной.

В заключении подводятся итоги исследования, дается теоретиче­ское определение преступного физического насилия, перечисляются его признаки, формулируются законодательные дефиниции "насилия" и "физического вреда", определяются направления дальнейшей разработ­ки темы и смежных с ней тем, вносятся предложения в учебный процесс.

В приложения включены постатейная структурная таблица физиче­ского насилия на основе действующего УК РФ, таблица результатов кон­кретно-социологического наблюдения возраста насильственных пре­ступников, анкеты контент-анализа уголовных дел о преступлениях с фи­зическим насилием.

Отдельные положения диссертации опубликованы в следующих работах автора:

1. О понятии превышения пределов крайней необходимости // Че­ловек: преступление и наказание. Вестник Рязанского института права и экономики МВД России. 1995. № 4 (9) (в соавторстве). 0,3 п.л.

2. Уголовно-правовые проблемы добровольного отказа и деятель­ного раскаяния // Научные исследования высшей школы. Материалы итог, науч.-практ. конф. Март, 1995 г. Тюмень: Тюменская высшая школа МВД РФ, 1995 (в соавторстве). 0,3 п.л.

3. Уголовно-правовая оценка покушения на квалифицированное убийство // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в современ­ных условиях: Материалы межвузовской науч.-практ. конф. Санкт-Петербург, 22 мая 1997 г. СПб.: Санкт-Петербургская академия МВД России, 1997.0,1 п.л.

4. О моменте окончания преступлений, связанных с применением физического насилия // Судебная реформа и эффективность деятельно­сти органов суда, прокуратуры и следствия: Тезисы науч.-практ. конф. 28 апреля 1998 г. СПб.: Институт Генеральной Прокуратуры РФ, 1998. 0,1 п.л.

24

5. К вопросу о бездействии в уголовном праве // Правоведение. 1998. №3. 0,5 п.л.

6. [Рецензия] // Правоведение. 1998. № 4. 0,4 п.л. Рец. на кн.; Гон-тарь И.Я. Преступление и состав преступления как явления и понятия в уголовном праве: Вопросы теории и правотворчества. Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 1997. 200 с. (в соавторстве).

7. [Рецензия] // Правоведение. 1999. № 2. 0,4 п.л. Рец. на кн.: Кап­лунов А.И., Милюков С.Ф. Правовые и тактические основы применения и использования сотрудниками милиции огнестрельного оружия. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. 282 с, (в соавтор­стве).